Показать сообщение отдельно
Старый 23.12.2008, 23:19     #1
Hell
Администратор
 
Аватар для Hell
 
Регистрация: 06.06.2008
Адрес: Москва
Сообщения: 1,392
Casino cash: $6393
Репутация: 199 Добавить отзыв для Hell
Анкета: оборотень
Ориентация: гетеро
Внешний вид: 175 рост, нормальное телосложение. Темные волосы заплетены в косу, глаза желтые. Одета в черную рубашку, темный брюки, ботинки.
Группа, род занятий: Официальная власть, отряд вульфхаунд
Стиль игры: immortal
Отправить сообщение для Hell с помощью Skype™
По умолчанию Описание мира

Предыстория сюжета


Лондон. 1900 год. Прошло почти два года после легендарной битвы... Сменив погибшую во времена страшной смуты Викторию на трон взошла новая королева: Мод Великобританская. Постепенно стираются из податливой памяти ужасы прошедших лет: рассказы о демоне Наин больше похожи на легенды, да и о "кровавом маскараде" предпочитают не вспоминать...
(В 1898 году лик Лондона изменился, люди узнали о существовании вампиров и оборотней и в это же время их "легализовали")
Что, в самом деле, такого необычного, в границе, пролегающей через центр города и рассекающей его на две части извилистым скальпелем Темзы? В том, что мосты между Северным и Южным Лондоном с наступлением темноты и до самого утра можно пересекать лишь по пропускам? Что теперь на городских улицах человеческой территории кроме обычных полицейских вышагивают патрули новых стражей закона - Смотрителей? В том, что приличный горожанин не рискнет оказаться ночью на дороге близ города?
Южный берег Темзы. Основная жизнь "нелюдского Лондона" сосредоточена в районе Соутварк и граничащем с ним районе Саут Бэнк. Остальные кварталы частью заброшены, а частью населены теми, кто по тем или иным причинам не смог или не захотел жить в кварталах кланов оборотней и вампиров, негласно поделивших южную территорию на зоны влияния и установившие там свои законы, далеко не всегда соответствующие официальному законодательству Великобритании. Хотя не стоит думать, что Юг населен исключительно нелюдью. Примерно 40 % от общей численности обитателей Саутварка - это самые обычные люди, живущие на свой страх и риск бок о бок с такими беспокойными и, скажем прямо - опасными соседями. Сотрудники и владельцы легальных, условно легальных, а то и откровенно нелегальных (по меркам Северного Лондона) заведений, личности, имеющие веские основания скрываться от полиции в недосягаемой для слуг Закона "свободной" зоне, или те, кто просто не смог сорваться с насиженного места - ведь бросать все и начинать с нуля не так просто. Итого около десяти тысяч живых душ - примерно такие цифры получило бы в итоге правительство Лондона, приди ему блажь заняться общим подсчетом населения Южного берега.
Людская, "Северная" сторона, намного более многочисленна, тысячи и тысячи снующих и спешащих туда-сюда людей, многие из которых предпочитают не думать о том, что же происходит там за рекой. Но есть и такие, что стремятся попасть туда, ведь самые лучшие развлекательные заведения, как впрочем и сомнительного толка размещаются по ту сторону границы.
Сейчас между расами достигнут "худой мир", и самый главный закон этого мира - не нарушать условия Договора, положившего конец взаимному уничтожению между людьми, оборотнями и вампирами.
По городу витает слух о новом открытии сумасшедшего ученого - "лекарстве от нечисти". Не успела еще новость облететь все закоулки, а таинственный гений успел исчезнуть, а его лабораторию нашли сгоревшей. Но новая идея будоражит умы: что это - новый шанс для отверженных или грозное оружие способное уничтожить нечисть раз и навсегда?...

По городу витает слух о новом открытии сумасшедшего ученого - "лекарстве от нечисти". Не успела еще новость облететь все закоулки, а таинственный гений успел исчезнуть, а его лабораторию нашли сгоревшей. Но новая идея будоражит умы: что это - новый шанс для отверженных или грозное оружие способное уничтожить нечисть раз и навсегда?...

...В начале лета 1900 года слухи облеклись в плоть и кровь практикующего врача, талантливого химико-биолога, бывшего патологоанатома Скотланд-Ярда Эдмонда Хэйла Фишера.
Имя легенды, несколько месяцев блуждавшей по Лондонским улицам, будоража умы и спокойствие соотечественников и дошлых соседей старухи Англии, для многих так и осталось тайной. Учёный бесследно исчез, оставив миру и с готовностью подставившимся рукам властей Великобритании заветную формулу, лишающую вирусы гематофагии и ликантропии их грозной непреодолимой власти над телами инфицированных людей.
Этот день стал началом конца. Конца Договора и хрупкого равновесия, неверно, как неокрепший лёд над стремниной, сковавшего северный и южный берега Темзы.

Примерно через месяц в пределах Лондона заработало несколько засекреченных лабораторий, очень быстро расширившихся, набравших производственные обороты и превративших скупой ручеёк "лекарства" в полноводный поток, существенно подпитавший уверенность Больших Кресел в успешности осуществления давно разрабатываемого плана и подвигшей их разродиться целой серией высочайших указов, кардинально меняющих расстановку сил и приоритетов в сферах межрасовой политики.
Согласно одному из них территории Южного Лондона, включая районы Саутварк и СаутБэнк, снова переходили в полное ведение правительственных законодательных и исполнительных органов и Смотрительского Департамента в частности. Резоны для такого передела выдвигались немногословные и отметающие всякую возможность дальнейшего диалога: Кланы не оправдали оказанного им доверия и не справились с обязанностями по наведению и поддержанию порядка, законности и безопасности граждан, проживающих на отведённым Кланам территориях.

Информационный взрыв, покатившийся по страницам взвывших газет и на разный лад ёкнувшим душам лондонцев, немедленно детонировал мощную и вполне предсказуемую цепную реакцию, отозвавшуюся оглушительной канонадой выстрелов со стороны мостов и прибрежных кварталов, где в течение тех же суток начались первые открытые воружённые столкновения между смотрителями и Добровольными Дружинами Саутварка, стремительно пополнявшимися теми, кто не желал расставаться со своей - пусть зачастую призрачной, необустроенной, припахивающей трущобами - но всё-таки свободой.
На подавление бунтовщиков были брошены отборные боевые силы. Оперативные группы и новое оружие специализированной разработки, впервые явленное миру из арсеналов Управления, смяли яростную атаку на здание Министерства, предпринятую повстанцами в самом сердце Севера, а затем потеснили основную линию сопротивления в глубь бывших владений анклавов, попутно начисто стирая границы между землями кланов и оставляя единственную градацию: кварталы, где смертельно опасно быть оборотнем или вампиром, и кварталы, где смертельно опасно появляться в форме смотрителя.
Обычным, не связанным с противостоянием обитателям Южных районов было одинаково небезопасно появляться в любой из частей жестоко оспариваемой территории. Им одинаково не нравилось гибнуть от бандитских ножей или случайных пуль перестрелок между полицией и мятежными группировками. "Вынужденные временные меры", заключавшиеся в строгом ограничении поставок продуктов и предметов первой необходимости - им тоже очень не нравились. Все предпринятые санкции не слишком пространно комментировались, но и сами по себе, безо всякого словесного сопровождения, впечатляюще доходчиво разъясняли: быть "разносчиком опасной инфекции" на территории Туманного Альбиона действительно невыносимо вредно для здоровья.
Кто-то проявлял поразительное упрямство и цепкость и приспосабливался к новым, граничащим с хаосом порядкам. Кто-то забивался глубже в лабиринты израненного Юга, примыкая ко всевозможным бандам и шайкам. Кто-то устремлялся прочь из взбесившегося города, надеясь укрыться и переждать первый мутный вал в лесах и заброшенных посёлках. Кто-то - рвался через мосты, в надежде найти на улицах Севера, всё более напоминающего сверкающий Эльдорадо на фоне погрязающего в трясине упадка и запустения Юга, утерянное в глазах общества человеческое достоинство и привычный, ровный уклад жизни.

Беженцев Север встретил распростёртыми объятиями и новым указом, вышедшим примерно в то же время, что и указ, лишающий кланы всех ранее дарованных привилегий. Этот горячий пирожок, вложенный в протянутые руки, был завёрнут в медицинскую салфетку, испещрённую ровным текстом положения "... О борьбе с распространением вирусной эпидемии и обязательной вакцинации инфицированного населения Лондона". Одинокие голоса врачей, робко предлагавших не искоренять злополучный вирус подчистую и использовать намеренное временное инфицирование для лечения тяжёлых травм и заболеваний, бесследно тонули в мощном слитном хоре медицинских и периодических изданий, наперебой пестревших красочными разъяснениями, чем именно так опасны гаметофагия и ликантропия, и приводили в пример такие ужасающие их атрибуты, как тяжёлая аллергия на некоторые довольно распространённые в обиходе вещества, приступы безумия, вспышки неконтролируемой агрессии, уже неоднократно приводившие к гибели ни в чём не повинных людей и самих носителей, и обрекающие инфицированных на жалкое, полное зависимостей полузвериное существование. Рупор воспрянувшей церкви не отставал от своих более приземлённых соратников и активно подтягивал общему гимну под кодовым названием "Будь человеком!", более напирая на доброе и вечное, и призывая паству не променивать истинно дарованное богом на хитрые искусы диавола, со всей присущей ему гнусностью подсовывающего легковерным вместо истинной силы суррогат эфемерного всемогущества и вседозволенности, а так же не отворачиваться от заблудших и по мере сил помогать им прозреть и встать на путь Истины... пока за них, хм, это не сделал кто-то другой.
Богатые залежи архивов отдела Регистрации Скотланд Ярда намекали, что затягивать действительно не стоит, ибо помощь будет весьма прицельной и скорой.

В обмен за избавление ото всех этих обременительных тягот и право на свободное проживание и трудовую деятельность на территории Северного Лондона от новых адептов здорового образа жизни требовалось немногое: встать на учёт в регистрационном отделении СкотландЯрда и регулярно посещать медицинские пункты ради получения инъекции соответствующей вакцины, примерно на три-четыре недели дарующей любому "нелюдю" человеческие сущность, права и свободы, - и пометки в личной медицинской книжке, появляться без коей на территории города и окрестностей бывшим гематофагам и ликантропам категорически не рекомендовалось инстанциями, ревностно и с беспрецедентной строгостью следившей за прилежным исполнением положения.
НЕ БЫВШИМ ликантропам и гематофагам появляться в поле зрения Смотрителей и полиции было равносильно эксперименту с усаживанием себя родимого на пороховую бочку с запаленным бикфордовым шнуром: разнесёт ли в клочья или просто отбросит и как следует шмякнет о близлежащую стену. Как правило, это оказывалась стена КПЗ, где ослушника ожидал серьёзный разговор и принудительная инъекция вакцины, после чего, в зависимости от поведения и убедительности разъяснений о причинах своей безответственности, излеченный брался под строгое наблюдение... Или просто вышвыривался за мосты, где следующая такая поимка вполне могла окончиться для него расстрелом на месте "при оказании сопротивления при аресте" или гибелью от рук вольнонаёмных охотников-контрактников, выполняющих для Департамента часть работы по выслеживанию и зачистке города и пригородов от "нежелательных элементов". В период, когда, казалось, раз и навсегда решался вопрос - кто станет настоящим хозяином сердца Великобритании, Департамент не находил возможным слишком озабочиваться проверкой правомерности каждого случая смерти нелюдя... особенно - на неблагополучном Юге.
Бывало и так, что задержанные просто исчезали или всплывали через некоторое время в самых неожиданных местах. Например, в Темзе. Или в застенках Тауэра. Или в лабораториях Управления, продолжавшего упорно биться над улучшением формулы "лекарства" и разработкой параллельных, совершенно не афишируемых программ, позволяющих маме-Англии в лице действующего правительства, при помощи умелого сочетания психоактивных веществ и глубокой психологической обработки получать очень, очень лояльных и преданных граждан - при этом не лишая их сверхчеловеческих сил и возможностей, столь полезных при насаждении в умах и плоти внутреннего и внешнего противника политически выгодных маме понятий о добре, истине и справедливости.
Насколько далеко и успешно продвинулись эти проекты, и испытывались ли результаты разработок за пределами тщательно охраняемых стен - доподлинно известно лишь лицам, облечённым правом доступа к подобной информации. Но поговаривают, что в распоряжении и зоне пристальнейшего внимания Спецотдела Управления появилась новая группа бойцов, в числе коей порой опознавались весьма неожиданные лица, и ставшая для Департамента довольно действенным подспорьем в так стремительно вспыхнувшей и охватившей древний, до черта повидавший город борьбе.
__________________
Собачий вой кругом стоит,
Когда над городом летит
И веет хладом
Ангел Смерти
Hell вне форума