Ролевая игра «По ту сторону»

 

 

 

 

 

 

 

Содержание:

 

 

 

 

 

© «Перепечатка любых материалов сайта как в сети, так и на бумаге и их коммерческое использование запрещена и преследуется по закону.»
Главная » Истории и хроники » Гарм » XI. Возвращение домой

XI. Возвращение домой

Гарм, Елена

 
…вот и закончилась долгая ночь полнолуния, а за ней –  и день, такой же длинный, и отнюдь не по причине ненасыщенности событиями. Врозь. Далеко друг от друга,  в разных концах города, занятые каждый своими, такими разными делами. Не зная ни единого из  “где”, “как”, “когда”, и чем встретит их порог дома – любимым лицом или зловещей пустотой…

 
То ли погода была слишком уж нелетная , то ли – что вероятнее всего, - просто заставила лондонцев вспомнить о прелестях транспорта и опасностях  хронических недугов простудного типа, превращающих устное общение в нелепое подобие беседы неких африканских животных, катастрофически перенасыщенной гундящими звуками и даже отдаленно не имеющей ничего общего с такими понятиями как “благозвучие” и “внятность”, кои опасности были напрямую связаны с пешими прогулками по осенним улицам Города Туманов... Так или иначе, ни одного свободного кэба в поле зрения  оборотня так и не возникло. И он быстро шагал по мокро поблескивающему тротуару, то растворяясь в глубоких ямах сумерек, то выныривая в желтые пятна помигивающих уличных фонарей, наполовину – по памяти, наполовину – доверяясь инстинктивному, звериному чувству направления, и неотвратимо приближаясь к маленькой точке, одной из тысяч в недрах огромного каменного лабиринта мегаполиса, раскинувшегося под мокрым плащом ночи словно огромный глубоководный спрут, изукрашенный теплыми светящимися фонариками света и тихо поджидающий неосторожных гостей – или острой остроги опытного ловца… Постепенно промежутки между полосами темноты становились все длиннее и длиннее, да и сами ночные светочи озаряли сужающиеся переулки все более тускло и нерешительно, словно робко извинялись: “ поставили – вот и светим, что мы можем поделать, мы чуть-чуть, осторожненько, ведь мы не помешаем вашим темным делишкам, правда?”. Путь оборотня лежал через те неприглядные закоулки Лондона, куда солнце брезговало заглядывать даже днем – так, мельком косилось пренебрежительно и тут же отводило сияющий глаз, - а уж респектабельные граждане и вовсе обходили их стороной, не рискуя даже заглянуть в прибежище нищеты и порока. Да и чего ради? Но оборотень, положа руку на сердце, сам отнюдь не  относившийся к вышеупомянутой категории добропорядочных слоев населения, всеми этими нюансами заботился мало. Сейчас для него существовала лишь одна мысль и цель – как можно скорее добраться до дома… и убедиться, что с Ней все в порядке.

Оборотень без приключений миновал сумеречную зону города, хотя несколько раз в темных подворотнях мелькали некие осторожные тени  и стелющийся над разбитой мостовой туман начинал недвусмысленно припахивать острым пороховым духом неприятностей. Но те, кто всю жизнь ступает по краю, со временем приобретают отличное умение балансировать и инстинктивно угадывать, от каких порывов и телодвижений надо воздержаться, чтобы в один прекрасный момент не оказаться за бортом этого бренного мира. Не склонные к самоафишированию обитатели Лондона по большей части владели сим умением, а потому благоразумно воздерживались от попыток завести тесное знакомство с высоким крепким парнем, уверенно и бесшумно шагающим сквозь пелену холодного дождя – так мелкие хищники вроде койотов уходят с дороги более крупного зверя, например, волка, инстинктивно чувствуя, чем закончится для них глупость вроде попытки проверить кто из них прочнее – они или их более сильный и свирепый дальний сородич. 
Но на самой границе территорий беззакония глупость все же произошла, и облеклась она в весьма непритязательную, можно даже сказать -  классическую форму чего-то холодного и жесткого, угрожающе упершегося в затылок оборотня. Откуда вынырнул его обладатель – не понятно, очевидно,  был применен какой-то свой, в высшей степени  эксклюзивный метод, основанный на хитроумном использовании особенностей местности и долгих лет усердной его отработки на практике, и в результате отточенный до такого совершенства, что позволил незаметно приблизиться на достаточную для  непосредственных действий дистанцию  к тому, кто обладал звериными чутьем и чувством опасности. 
(…ну что, раздолбай, повитаем еще в облаках?...сейчас тебе предоставят прекрасную возможность проделать это наяву… правда, там сейчас мокро и сыро… - самое подходящее время повторить в тысячный раз свое любимое слово… - ага. потом могу не успеть. тысяча первый: РАЗДОЛБАЙ )  
Какая бы ни была у тебя сверхъестественная реакция, все же ее наверняка не хватит для того, чтобы опередить такое простое и бесхитростное движение, как легкое сгибание указательного пальца. Регенерация – тоже замечательная вещь, но если ты обезумел - в самом прямом смысле этого слова, - возможности воспользоваться этой замечательной способностью ты уже не получишь однозначно, ибо как известно, нервные клетки восстанавливаются несравнимо медленнее, нежели происходят необратимые процессы в организме с заглохшим мотором, гоняющим по жилам красную квинтиэссенцию жизни. И никто ничего в этом непреложном правиле изменить не в силах. Так что оставалось лишь ждать, когда ствол хоть на долю секунды оторвется от чтения мыслей и уйдет в сторону, или же его носитель отвлечется на какие-нибудь посторонние события…на ту же самую долю секунды. 
Тем временем чьи-то руки осторожно и торопливо прошлись по карманам оборотня, профессионально избавив их от содержимого. Звякнул, упав на грязные камни, ключ… Оборотень ждал... Мускулы – как раскаленный камень, твердый, но в любую секунду готовый сменить свою форму, глаза – два мертвенных огонька в глубине расширенных зрачков… зверь в стойке… Но койоты ничего этого не видели - были слишком заняты 
- Сивый, у него нож… брать?... Даже два… 
(… даже три…) Сейчас глаза сволочи, известной под кличкой Сивый, неминуемо опускаются вниз – просто инстинктивно, повинуясь сигналу получившего информацию мозга… всего на секунду… вот она, секунда… 
Вервольф взорвался стремительным движением, словно мощная лопнувшая пружина. В следующую секунду один из зарвавшихся койотов отлетел в грязь с проломленной грудиной, сделав последний выстрел в своей жизни… по невидимой, мимолетной туче, коей было на выстрелы глубоко наплевать, что она и проделывала в течение последних вечерних часов. Второй из койотов, моментально сориентировавшись в происходящем, метнулся в первую попавшуюся подворотню. Сдавленный мат, тут же донесшийся из гулкой каменной пещеры и сопровождающий звуки бестолково заметавшихся и остановившихся шагов, означил следующее  - что подворотня эта не есть подворотня, а есть она совершенный тупик, и экс-грабитель сам себя только что в него загнал. Гарм неспешно шагнул в затхлую темноту. Теперь у парня была великолепная возможность рассмотреть горящие словно желто-зеленые рождественские огни  глаза волка. Рассмотрел. Из легких человека вырвался сдавленный полувыдох-полувсхлип – увиденного было более чем достаточно для того, чтобы понять -  Рождество это будет черным. 
Койот оцепенело смотрел на приближающегося дьявола, судорожно выставив перед собой нож. Железка. Железка против слуги Ада. Мысли отчаянно метались. Ведь же знал, что однажды это произойдет… Даже видел во сне… грешник, дурак… Внезапно он выхватил пачку купюр, еще не далее как сегодня утром принадлежавших совершенно иным и уж гораздо более достойным людям, и с силой швырнул ее под ноги посланника Сатаны 
- Возьми! Вот, забирай… забирай эти сатанинские деньги, ты ведь из-за них пришел, да? Забирай их обратно в Ад – и ОСТАВЬ МЕНЯ В ПОКОЕ!!! 
Мужчина резко оттолкнулся от стены и рванулся вперед, отчаянно и яростно, как загнанный в угол зверь. Что-то коротко свистнуло в темноте… Оборотень чуть отступил в сторону, пропуская рухнувшее на камни тело. Как сломанный манекен, даже почти без судорог. Вервольф перевернул чуть подергивающийся  (труп) на спину и дернул рукоятку – лезвие ножа с чавканьем вышло из кровавой каши, в которую превратился левый глаз грабителя. Обтер клинок о влажную одежду только что вставшего на путь окончательного исправления… Молча поднял пачку, покрутил ее в руках… Определить, какие именно из банкнот минуту назад лежали в его собственном кармане было делом немыслимой сложности. Гарм плюнул и сунул в карман все. Затем вышел из подворотни и вернулся к остывающему трупу койота-Сивого. Подобрал ключ… Поднял валявшийся рядом револьвер – машинка была из последних моделей, на рабочий инструмент Сивый, как истинный профессионал своего дела, не скупился. А вот кобура в его деле была ни к чему совершенно, гораздо более удобно и оправданно было ношение в кармане, поэтому Гарм просто сунул ствол за пояс,  - и растворился в дожде…

…Как прошел остаток пути, Гарм помнил плохо, потому что  мыслями он был уже ТАМ; скорее всего, он его пролетел ( ибо произошло это на удивление быстро) да еще и в состоянии беспамятства ( ибо откуда в его руках появился средних объемов бумажный сверток и что в него было напихано, он тоже помнил как-то очень смутно). Относительно хорошо задержалось в памяти короткая спонтанная остановка около какой-то цветочной лавки, где он несколько секунд выбирал между красной и белой розой; красная вызвала кое-какие ассоциации с событиями последней свежести, кои связывать с образом единственной и неповторимой показалось ему в тот момент недопустимым, да еще посещение одного магазина... вернее одного из двух им посещенных в этот вечер, и результат этого посещения сейчас мирно покоился в одном из его карманов, лишившимся ровно половины весьма и весьма богатого наследства, доставшегося вервольфу от трагически упокоившихся койотов из темных переулков. Последний поворот... Вот мелькнули и забелели в свете фонарей знакомые стены...  
Сердце вервольфа сильно забилось, силясь вырваться из сжавших его тяжелых тисков - окна дома были темны. Темны как ночь за его спиной. Гарм взлетел по ступеням и повернул ключ, поведший себя весьма странно и согласившийся попасть в скважину лишь со второй попытки. Прошел в комнату... кухню... Тишина. Полумрак. Полное отсутствие какого либо присутствия. Елена так и не вернулась со своей ночной охоты...  
Бросив стеклянно звякнувший пакет на кухонный стол, Гарм прошелся по дому. Свет он включать не стал - зачем? темноте нечего скрывать от своего зверя... Словно очнувшись, посмотрел на розу, которую, оказывается, все еще сжимал в руке... Цветок упал на ковер, быстрые шаги оборотня стихли в коридоре. 
Выскочив на порог дома, оборотень остановился и обвел улицу горящим взглядом. Пустота... Вокруг тихо и монотонно шумел дождь. 
(... и что? - буду искать... - где?... - не знаю... везде... ) Внутренний голос, которому, оказывается, иногда в виде исключения не было чуждо нечто отдаленно напоминающее тактичность, сочувственно промолчал. Что он мог подсказать? Огромная каменная бездна, раскинувшаяся на мили и мили вокруг, и маленькая живая искра, затерявшаяся в ее лабиринтах... Что с ней могло случиться? Учитывая специфику ее занятий - вряд ли что-то хорошее... Внезапно Гарм вспомнил, сколько раз за эту ночь имел возможность отправить некую на редкость въедливую девченку к праотцам, что его от этого удержало, и полицейских, которым повезло в гораздо меньшей степени, нежели этой самой девчонке... И ему стало нехорошо. 
Оборотень опустился на мокрые ступени, обхватив колени сцепленными руками, и закрыл глаза, вслушиваясь в жгучую, звенящую пустоту, наполнившую его душу и не обращая внимания на холодные струйки воды, сбегающие по лицу с мокрых волос. 
 
Оборванный подол плаща, намокнув и отяжелев хлопал по ногам. Улица, переулок, поворот. Вот он и дом на расстоянии 60 ярдов. Дождь мешал разглядеть точно, но было видно, что окна не горят. 
«Его до сих пор нет?!»-девушка даже остановилась. С лихорадочной быстротой на свет был извлечен амулет и локон волос, которые Елена состригла с головы оборотня сутки назад. Не смотря на всю свою накопившуюся усталость ( хорошо хоть головная боль прошла – и на том спасибо!). Пульсирование амулета недвусмысленно показывало, что Керн рядом. Какое же облегчение, она испытала в тот момент!.. Судорожно вздохнула: оказывается, что во время всех манипуляций с овальным камнем, она затаила дыхание. Елена спрятала амулет и локон обратно в карман и двинулась к дому.
 
Шаги в конце улицы... Оборотень медленно перевел взгляд в сторону приближающихся звуков, стер с лица воду, заливающую глаза, поднялся на ноги...  
А через несколько секунд он уже подхватил девушку на руки и закружил вокруг себя, крепко прижимая ее к груди и окружив их обоих фейерверком прозрачных брызг. Если  существует в действительности на свете такая призрачная вещь, как счастье - сейчас он был  счастлив. Наконец, открыв глаза, оборотень пустил Елену на ноги и, не снимая рук с ее талии, несколько секунд вглядывался ей в лицо ( ... а ведь что-то с тобой случилось, малыш, я был прав...ладно, главное, ты здесь... ) 
Оборотень еще раз притянул девушку к себе, крепко прижавшись щекой к ее виску, затем поцеловал ее мокрые от дождя, но такие теплые губы и, повернувшись, легонько потянул за руку в сторону дома 
- Идем... 
Елена даже не успела что-то сказать или возразить (да какие уж возражения сейчас!), как оказалась в объятиях оборотня. 
"он здесь! рядом!" - они переступили порог дома. Дверь захлопнулась, отрезая их от внешнего мира. 
"говорить о том, где мы оба были эти сутки, не имеет смысла"-подумала Елена. Она поспешно скинула плащ (хм..остаётся надеяться, что Керн не заметил его плачевного вида...на этих упырей и плащей не напасёшься!
Девушка осознавала, что сейчас следовало поесть, а потом желательно поспать, что бы восстановить силы. Включив свет, она остановилась на пороге кухни, зачарованно глядя на белую розу, лежавшую на полу. Даже и спрашивать не надо было, как цветок оказался в таком совсем не предназначенном для него месте. Пара шагов...Девушка присела на корточки, легонько касаясь пальцами белых лепестков. 
-Это мне?... -тихо спрашивает, почему стараясь не показать какую бурю эмоций вызвал у нее в душе вид этого цветка на полу.
 
Оборотень огляделся с притворным недоумением, озабоченно выглянул в коридор - и пожал плечами 
- Никого нет... - повернулся к девушке, - значит - тебе. 
Гарм улыбнулся и присел рядом с Еленой, не сводя с ее лица мягко лучащихся глаз 
- Конечно тебе, родная... кому же еще. 
Он мягко поцеловал девушку в висок, поднялся на ноги и, одернув ремень, шагнул к столу; развернул лежащий на столе пакет и с видимым интересом заглянул внутрь 
- Так, что тут у нас... ага, очень кстати, - оборотень одобрительно кивнул и принялся методично выкладывать таинственное содержимое на чистую поверхность стола, - жрать хочу как - тут он повернулся и быстро, с лукавой улыбкой подмигнул Елене - зверь. А ты?... Кстати, поднимать будешь, или займемся напольным коллекционированием? 
Тем временем пленники бумажного пакета, захваченные во время молниеносного набега на продуктовую лавку ( в переносном смысле, граждане, в переносном, все было честно оплачено честно же экспроприированными деньгам ), покинули свою шуршащую темницу и улеглись рядом, ожидая своей неизбежной участи, и было их: кусок сыра, настолько же качественного, насколько он был нездорово бледен на вид; белый хлеб, чей гладкий поджаристый бок довольно-таки зловредным образом подчеркивал проигрышный цвет сыра; что-то в плотной картонной коробке, судя по виду и запаху - запеченная  рыба, причем свежайшая; неимоверно взбитые пирожные - в двух экземплярах, но Гарм искренне надеялся, что ему удастся спихнуть уничтожение этого роскошного чуда на Елену, потому как всяких подобные сладости он любил в той же степени, как и кофе - то есть, не переносил на дух; последней, как ни странно, пакет покинула  высокая узкая бутылка с чем-то свежего желтовато-прозрачного цвета и странного вида господином на этикетке, совершенно непонятно что за жест производящим ( умеренно напрягая фантазию, можно было предположить что это несчастный акробат, внезапно пораженный острым приступом пляски святого Вита и пытающийся объяснить суть своей проблемы на редкость тупому эскулапу... причем - при помощи жестов; напрягая фантазию неумеренно... лучше было промолчать ). Тут Гарм чуть приподнял бровь и покосился на усталую Елену - и отставил бутылку чуть в сторону, придав ей положение скромное и не бросающееся в глаза, но в то же время - вроде бы и под рукой, так сказать - по требованию публики. Завершив приготовления ( то бишь брякнув на стол пару тарелок со всеми полагающимися к ним прибамбасами в виде вилок и ножей -  вернее, в представлении оборотня - ублюдочных пародий на глубоко почитаемое им оружие ) Гарм посмотрел на Елену 
- Проше, пани - и тут же, опустив глаза, провел рукой по мокрой рубашке, - черт, забыл совсем... Я быстро 
Елена подняла розу с пола, и пока оборотень занимался накрытием ужина (а сие удивило охотницу еще больше, чем   цветок. "Вот, а ты совсем забыла про такую насущную необходимость, как приобретение еды. Про патроны, впрочем, обновить ты не забыла, а вот пищу...а Керн позаботился. Хороший мой..."), отыскала вазу, наполнила водой и водрузила тоже на стол, этакое завершение композиции ей понравилось. Гарм убежал переодеваться, а она устроилась за столом. Сперва девушка хотела подождать возвращения оборотня, но желудок слишком требовательно сжался, как бы говоря: еще немного и я ребра твои глодать начну! дайте мне хоть что-нибудь! Охотница съела бутерброд с сыром, принялась уже за второй. Но потом отодвинула его от себя и сделала еще несколько бутербродов, положив их на тарелку Керна. 
Оказавшись в спальне, оборотень оглянулся в сторону двери и быстро извлек из кармана маленькое и черное нечто... Что-то тихо щелкнуло, несколько секунд он внимательно и немного задумчиво смотрел на некий таинственный предмет, бросивший в волчьи глаза слабые отсветы желтоватого сияния уличного фонаря, падающего через окно спальни... затем улыбнулся и открыв дверцу шкафа, засунул нечто к самой стенке, попутно извлекши из темных, пахнущих полынью недр сухую рубашку. Быстро переодевшись, вервольф вернулся к ожидающей его Елене и сел напротив девушки. 
Когда ужин был закончен, Елена и Гарм переместились в гостиную, где после нескольких минут ( ну, если быть до конца честным и откровенным - не менее десяти... но и не более получаса - точно ) возни, сопровождающейся параллельными экстренными и весьма оживленными совещаниями и применением разрабатываемых прямо в процессе, экспериментальных проектов "так" и "эдак", стало несколько дымно, но зато в закопченной пасти основного полигона всех этих мытарств весело затрещал огонь. Проблема же задымления была очень быстро решена элементарным открытием окна и выдвижением некоей заслонки, которой  в момент горения оказывается все же полагалось прибывать в положении "этак". Выключив  свет, оборотень налил захваченное с кухни вино в прихваченные оттуда же высокие бокалы; один из них он отдал Елене - и сел рядом с ней, задумчиво глядя в гудящее, неспокойное пламя, мечущееся за чуть закопченым экраном камина 
- За нас- легкое касание стеклянных боков, отозвавшихся мелодичным звоном... 
Тепло, идущее от огня в камине...тепло, разливающееся внутри, от выпитого вина...тепло, мужчины рядом с ней...Это рождало спокойствие, умиротворённость, даже негу. Отставив пустой бокал на пол, девушка вытянула из прически шпильки, позволяя волосам упасть на спину. От своего арсенала она избавилась еще до разведения огня, - что бы не мешало,  оставив по привычки ножи на предплечьях. 
Елена придвинулась еще ближе к Керну, положила голову ему на плечо, так же как и он всматриваясь в пляшущие язычки пламени. 
"Вот скажи, как я раньше жила без тебя?" 
Почувствовав прикосновение, оборотень перевел глаза на приникшую к нему девушку, чуть передвинулся на диване, чтобы ей было удобнее... Затем повернулся и наклонился к ее лицу... И тут же то-то холодное жестко и настырно уперлось ему в ребро, категорически пресекая попытку тесного контакта. Взгляд оборотня скользнул вниз и наткнулся на черную рукоятку револьвера, все еще торчавшую у него из-за пояса 
(... нормально. ты хоть дома-то... - дома... так звучит...  - как - "так"?... - странно...  - да ладно... у тебя весь лес - дом...  - это совсем по-другому...  - ну да... в лесу каминов не водится с диванами...  - тьфу, дурак... при чем здесь диваны с каминами? в гробу я их видал...)  
Гарм вытащил револьвер из-за пояса, поднялся, положил ствол на полку над камином, рядом легли отстегнутые ножны.  
(... дом - это там, где тебя ждут... усек, ты, неиссякаемый фонтан? все, засохни ) 
Поправляя ремень, вервольф молча усмехнулся, что-то вспомнив - и вернулся к Елене. Откинувшись на спинку дивана, притянул ее к себе, обхватив руками, так что  голова девушки удобно устроились на его груди 
- Устала? - скорее констатация очевидного факта, чем вопрос; рука вервольфа  нежно прошлась по голове, вольно рассыпавшимся шелковистым черным волосам; развивать тему он не стал, так как развитие это неизбежно и напрямую затрагивало некие подробности, например - что именно стало причиной этой самой усталости и некоторой ушибленности чьего-то вида... вернее - кто... Взрывоопасная была темка, скажем прямо. Ни обстановка, ни время, ни настроение не располагали к подобным накалам страстей совершенно. Вернее, располагали то очень даже, но - совершенно иного характера. 
Да, она очень устала....но почему-то именно сейчас эта усталость отступила, как пыль с омываемого ливнем камня. Девушка улыбнулась. 
-Чуть-чуть...но засыпать пока не хочу, мне просто хорошо сейчас здесь...с тобой...-"а ведь это и правда похоже на сон...вернее я так боюсь, что это все окажется всего лишь сном, видением....которое растворится, не оставив следа" Руки Елены обвились вокруг талии оборотня, она потёрлась щекой об него. 
Гарм ответил ей самым  простым и понятным способом от начала и до конца времен, лучшим, чем все слова на свете взятые разом - привлек к себе ее лицо и поцеловал, раздвинув ее горячие влажные губы своими, сначала медленно и нежно, затем все глубже, бережно перехватив ее одной рукой за плечи а другой за талию, и постепенно запрокидывая ее голову, так что в конце концов девушка оказалась почти лежащей на его коленях, а сам он все больше сползал спиной по спинке дивана за ней следом, постепенно заваливаясь на бок…  И на протяжении всего этого времени они так и не оторвались друг от друга ни на секунду. Даже когда вдруг внезапно оказались на ковре рядом с диваном. Впрочем, учитывая невеликую высоту сиденья и толщину ворса напольного покрытия, значительно способствовавших снижению шумовых и тактильных эффектов этого низвержения, многократно помноженные на остроту самого момента, то, что факт  неожиданного перемещения прошел совершенно мимо их внимания, было вполне простительно. 
В процессе раздевания Гарма (а Елене определенно нравилось это: избавлять его от одежды), охотница зацепила ногой оставленный ею же на полу бокал. Фужер с легким звоном опрокинулся на бок, но не разбился, а покатился по полу. Этот звук на секунду отвлёк девушку, и она приподнявшись на руках,немного удивлённо посмотрела по сторонам, а потом на Керна. 
-Ты не подскажешь, как мы оказались на полу?..ай....в прочем не важно...-но все-таки за этой мыслью пришла цепочка ассоциаций, которую ей захотелось озвучить: 
-А у каминов принято возлагать на какое-нибудь медвежьей шкуре....-Елена обвела мужчину взглядом, этаким оценивающим: 
-Но знаешь, как объект для возлежания, ты мне нравишься намного больше! 
(... о, дьявол... ) Оборотень, в этот момент расправляющийся с последними пуговицами и застежками охотничьего обмундирования, на секунду закусил губу, чтобы не рассмеяться (... Елена в своем амплуа... ) 
- Это радостная весть, мадемуазееель, - с совершенно разбойничьей улыбкой протянул он зловещим хрипловато-сдавленным голосом, скользнув горящими глазами по ее лицу и последними плавными уверенными движениями являя теплому полумраку великолепную Еленину наготу, - иначе мне пришлось бы Вас... съесть. Хотя, возможно я когда-нибудь так и сделаю... Как гарант того, что Вы никогда не перемените своих взглядов на этот счет - и с негромким смехом снова увлек ее на мягкий ворс ковра, совершенно утопив в своих крепких  объятиях. Таинственно мерцало в бокале недопитое вино, угасал забытый камин, и лишь последние отсветы умирающего пламени, пробегающего по багровым углям,  изредка выхватывали из затопляющего гостиную полумрака два тела, слившихся в один горячий, исходящий первозданной страстью силуэт 
- Мм...кто еще кого быстрее съест...-прошептала Елена, проводя язычком по его шее снизу вверх, легонько прикусила мочку уха: 
- Ну хоть не зъем, так понадкусываю! - впивается поцелуем в его губы, изливая в этом действии всю силу желания, охватившего ее. От усталости, которая только несколько минут давила на нее непреодолимой тяжестью, не осталось и следа. Елене хотелось играться, дразнить, возбуждать... 
-а там же замучаю тебя....-положение сверху давало ей больше свободы... 
Переплетя свои пальцы с пальцами мужчины, Елена завела Керна руки вверх, не позволяя тем самым до себя дотрагиваться. Выгнув спину, она трётся о него грудью, а потом чуть подвинувшись вперёд подставляется под его губы. Мысли о том, что бы раздразнить его ещё больше пропадают...вернее пропадают все мысли...она просто хочет получить его...полностью!...здесь и сейчас! 
Оборотень поддержал затею подруги и безропотно позволил разыгравшейся Елене  "намертво припечатать" его мускулистые руки к ковру - он и сам был отнюдь не прочь поиграть со своей гибкой, кусачей чернобровой лаской; сейчас, в пещерном полумраке гостиной, они как никогда напоминали двух молодых зверей, видящих в процессе продолжения рода не просто приятную необходимость, но высшее наслаждение полным и бескомпромиссным обладанием друг другом, не только - да и не столько - в физическом плане... 
И игра началась. Первый этап правильнее всего было бы охарактеризовать как "Что Мы Умеем Без Помощи Рук или Удивительное Рядом", в ходе которого выяснилось, что умеют они действительно на удивление многое, причем сами до сего дня о многих же из своих талантов не догадывались, хотя все ответы на этот интереснейший вопрос лежали, казалось бы, совершенно рядом. Оба неутомимых экспериментатора остались вполне довольны результатами, и еще больше вдохновившись достигнутым, перешли к следующему его логическому этапу, еще раз подтвердившему на практике, что женщины гибче и прихотливее, а вервольфы - сильнее и напористее… правда, производилось доказательство этой древнейшей теоремы совершенно новаторскими и уж бесспорно гораздо более завлекательными, нежели это принято в ортодоксальной науке,  способами. Удовлетворив таким образом свою неожиданно проснувшуюся тягу к естественным наукам, наши герои плавно перешли к завершающему, ставшему апогеем этого феерического вечера, а именно - к игре в Дикий Запад. То есть, абсолютно дикий. Могла ли Елена представить еще неделю назад, что станет одержимой - и единственной -  участницей безумного родео, причем гарцующей не на диком быке и не на неукрощенном полудиком иноходце, а верхом на свирепом волке, причем не на спине, а... В общем, это была крайне лихая скачка. Настолько лихая, что оба участника зверской джигитовки совершенно утеряли всяких ход времени - товарища слишком упорядоченного и рационального для того чтобы угнаться за их сумасшедшим галопом, так что, окончательно вырвавшись за пределы разумного, остановились они лишь тогда, когда оба, и прекрасная наездница и ее желтоглазый двуногий мустанг, буквально свалились рядом на ковер в совершенном изнеможении, но бесспорно сорвав высший приз абсолютного удовлетворения и счастья от близости друг друга. 
Через некоторое время Елена поняла, что еще немного и она уснёт прямо здесь, на ковре, месте скажем так для сна совсем не предназначенном. Но вставать и куда-то идти сил не было ну совсем никаких. 
-Керн....я бы еще хотела-заметив изумление в глазах оборотня: "что, так быстро?", она поспешно добавила: 
-в смысле, что бы ты помог мне добраться до кровати...если бы еще по пути заглянуть в ванну-это было замечательным, но не обязательным пунктом программы
 
Оборотень молча поцеловал и поднял свое обессиленное сокровище на руки, и вместе с ним ( вернее, вместе с ней, сокровищей ) скрылся за дверью ванной комнаты. После этого из-за двери некоторое время доносился лишь мерный шум и плеск льющейся воды, время от времени нарушаемый негромким смехом и звуками, которые без особого труда можно было идентифицировать как некое естественное и неотъемлимое проявление взаимных чувств двух любящих друг друга существ, а говоря совсем уж просто – “страстные поцелуи”. По истечении примерно получаса дверь  отворилась, снова явив обоих воцарившейся в доме ночи, дышащих чистой водяной свежестью, с влажными волосами, и на этот раз держащих свой путь в сторону спальни. 
Опустив совершенно уже засыпающую Елену на кровать, Гарм лег рядом с ней, и долго, долго лежал, то любуясь безмятежным лицом уснувшей девушки, чья голова сейчас покоилась у него на плече, то просто смотрел в окутавшую комнату темноту, слушая сухой шум дождя, лениво сеющегося над стихшим городом…  Сон не шел, предпочитая невидимо парить вокруг, почти задевая оборотня своими мягкими совиными крыльями. 
"А мне это определенно нравится...когда меня на руках носят" 
... 
Долгожданная и желаемая больше всего сейчас постель. Почти мгновенно погружение в сон, но даже уснув, Елена  продолжала обнимать Керна. И было в этом что-то властное "никуда тебя от себя не отпущу", но так же и защищающее "никому тебя не отдам" 
Где-то в гостиной негромким густым басом простонали часы. Час до полуночи. Взгляд оборотня упал на смутно светлеющий квадрат небольшого  календаря, стоящего на комоде у дальней стены спальни, зорко выхватив из прозрачной темноты цифры. 24 августа… Ровно месяц. Оборотень почувствовал, как ощущение покоя и умиротворения  стремительно тает, и в душе шевельнулось что-то холодное и тяжелое, словно хвост огромного морского гада. Начавший было сужать круги сон испуганно замахал крыльями и умчался на поиски более спокойных клиентов, а его место тут же не преминул занять некто другой,  за период вынужденного молчания успевший выискать отличный повод продемонстрировать неподражаемое умение отравить самый светлый момент… и как почти всегда - уважительный 
( …странно, правда? вот что бы это могло быть? могу подсказать – это рудиментарные остатки того, что у нормальных живых существ называется “совесть”… хоть бы написал, скотина, что куда-то добрался, а не валяешься где-нибудь в овраге в слегка разобранном виде… я уже не говорю о том, чтобы поинтересоваться все ли ТАМ в порядке…куда там, некогда –  вырвался на большую воду, рассекает задрав хвост, Бегущий по Волнам, Черный Бригантин, твою налево -   в голове норд-ост, борта в пробоинах, в трюмах золото, в кильватере мертвецы, команда пьяна, почтовые голуби передохли от качки, сто морских чертей и якорь тебе в корму…  - ДА, дьявол, да, завтра напишу и отправлю…все, отвали,  почта по ночам не работает…) Оборотень закрыл глаза, ожидая когда уляжется поднявшаяся со дна взбаламученной души муть… (… слушай, а может – не стоит, а? чего бередить… остынет, забудется… все, прошлое, назад дороги нет… - нда, ты так уверен? впрочем, как знаешь, тебе видней… ) и тут же откуда-то изнутри всплыли призраки далеких голосов. Холодный хвост снова шевельнулся и лег поперек, окончательно придавив всякий шанс на скорое возвращение утраченного душевного равновесия. Гарм открыл глаза и осторожно выскользнул из теплых объятий Елены. Девушка что-то невнятно пробормотала, вздохнула, но так и не проснулась. Волк бесшумно вышел из спальни, подобрал одежду, так и оставшуюся валяться на полу в гостиной, быстро оделся, пристегнул к ремню ножны и вышел из дома, почти беззвучно закрыв за собой дверь. Щелкнул язычок замка, и в доме снова воцарилась плотная тишина, нарушаемая лишь негромким степенным тиканьем больших настенных часов.




РУ Новости

Little-Known, Highly-Rated movies. Find the perfect movie for your mood!

Download antivirus software from the site "Defence For Me" now!


ролевая игра